Национализм и авангард / Анатолий Ульянов

В ноябре в Стокгольме состоится совещание IASPIS, на котором будут обсуждаться стратегии европейской культурной политики до 2015-го года. В частности, мысль, высказанная на ярмарке искусства Frieze: «Искусство становится одним из главных инструментов предотвращения фашистских и националистических тенденций». Для оранжевой Украины наличие такого инструмента сегодня особенно актуально.

Уместна ли националистическая идеология в искусстве? Как это ни странно, но в украинском искусстве национализм не только распространён, но и моден. Он активно поддерживается интеллигенцией и всеми прочими консервативными вырожденцами, называющими себя «элитой нации». Расхожим является мнение, что Украине нужно вычленить свою национальную идентичность, и, следовательно, разрабатывать идею собственной нации. Задача искусства в этом процессе – обслуживать национализм соответствующими формами и смыслами.

Такой взгляд является ошибочным, и делает невозможным появление в Украине нового искусства – художественного и интеллектуального авангарда, который существовал бы в общей парадигме с культурными практиками цивилизованного мира; соответствовал бы современности, а не прошлому.

«Самая дешёвая гордость – это гордость национальная. Она обнаруживает в зараженном ею субъекте недостаток индивидуальных качеств, которыми он мог бы гордиться; ведь иначе он не стал бы обращаться к тому, что разделяется кроме него ещё многими миллионами людей. Кто обладает крупными личными достоинствами, тот, постоянно наблюдая свою нацию, прежде всего подметит её недостатки. Но убогий человек, не имеющий ничего, чем бы он мог гордиться, хватает за единственно возможное и гордится нацией, к которой он принадлежит; он готов с чувством умиления защищать все её недостатки и глупости» (Шопенгауэр)

Человек, апеллирующий к национальному, не может творить новое искусство. Современный авангард обращается к индивидуальности и её отличию от толпы, в то время как национализм эту толпу культивирует. Авангард возникает вне коллектива. Он эгоистичен, самовлюблён, и обособлен от масс. Разделять их ценности для него немыслимо. Единственный формат мирного сосуществования авангардной личности и коллектива озвучивает Субкоманданте Маркос: «Мы вместе, потому что мы разные». Однако национализм не приемлет разнообразия.

Националистическая биомасса всегда тормозила развитие авангарда в Украине. Именно она задушила футуристов – единственную надежду этой деревенской культурки иметь хоть какое-либо значение, выйти из села на мировую арену, перестать щупать овец за влагалища, писать про сад у хаты и быть нытиками – ничтожной сворой украинских классиков.

Националистическая биомасса призывает сохранять сексуальную связь с землёй и плугом; с народом и его исторической рухлядью; при том, осмеливается говорить об органичности искусства, его соответствии национальным интересам.

Национализм является источником ущербности украинской культуры; ввергает в Традицию, насаждает консерватизм. Националисты не производят искусства. Они говорят о духовности, идее, вере, языке и долге, но не творят – для творчества необходима личность. Стаду здесь не место. Его юдоль – стойло. Куда, собственно, и следует направить украинских националистов – к навозу и романтике колхоза.

«Индивидуальность значительно превышает национальное начало, и в каждом данном человеке она заслуживает в тысячу раз больше внимания, чем это последнее. Нельзя не признать, что в национальном характере мало хороших черт: ведь субъектом его является толпа. Человеческую ограниченность, извращённость и испорченность принимают в разных странах разные формы. Они-то и именуются национальным характером» (Шопенгауэр)

Интернет-издание «ПРОЗА» то и дело подвергается нападкам националистической биомассы. Нас обвиняют в «наступлении антигосударственного шовинизма на украинскую самоидентификацию», требуют писать на украинском языке. Однако, господа, в отличие от вас, мы не считаем, что национализм имеет право на жизнь. Мы не верим в его творческий потенциал. Национальное искусство – это лубок. Украина для нас – лишь контекст, в котором происходит движение наших жизней. У нас нет сентимента к стране. Мы выступаем за альтерглобализм и космополитизм. Мы отвергаем Традицию. Такие понятия как «нация», «национальная идея», «национальное искусство» представляются нам унизительными пережитками прошлого. Мы вне географии и вне национальности. Мы говорим на том языке, на котором хотим – такова наша воля, наше право, наш выбор инструмента.

Искусство творится для личности, а национальная идея – это, как верно писал Маршалл Маклюэн, лишь интенсивный и обманчивый образ групповой судьбы. Отказаться от национализма следует во имя индивидуальности, во имя Завтра, во имя Нового искусства!

30/10/05