Мурал для папуасов / Анатолий Ульянов

Я не знаю, что более чудовищно – сам “мурал”, или восторг, который он вызывает у широких слоёв украинского населения. По словам авторов этой наскальной живописи, она посвящается украинским женщинам. C какой стати современная украинская женщина должна идентифицироваться с крестьянкой в этнической одежде? Киев – это село? Зачем навязывать столице европейской страны романтику деревни? Или, быть может, в Украине есть дефицит шароварщины? Я понимаю, что рагулям нравится, они любят вышиванки, скучают по родным хрюшам, но почему современные украинцы должны жить в окружении сеновала?

Вообще, конечно, всё это плохой симптом, поскольку в современном мире только нищие, аграрные и плохо развитые народы склонны выпячивать на передний план свою этно-архаику. Африканцы это обожают, народы Латинской Америки с их ацтеками. Чем глубже в третий мир, тем больше вокруг “рушныков”, национальных узоров и прочего фольклора. Подобное экзотство прекрасно смотрится в тематических ресторанах и сюжетах National Geographic, любимо оно и туристом, приезжающим в жопу, чтобы прикольнуть, как обезьянки пляшут в шкурах у костра. Однако такой ли образ себя Украина хочет сообщить миру?

Я понимаю, что народ охуел от патриотизма. Но не стоит забывать, что надевая вышиванку, вы заявляете свою провинциальную принадлежность к папуасам. В принципе, это ваше право. Только не нужно потом удивляться, что весь мир смотрит на вас, как на племя симпатичных, но диких зверьков.

ЛУКОВЫЙ ПАТРИОТИЗМ

“Я певний час читав Луч, спілкувався з Анатолієм, навіть ідейки підкидав… Але згодом його вперте несприйняття Революції Гідності і критика Визвольної Війни викликало в мене розчарування…”

Признаюсь, у меня выбивает пробки уже от одного только выражения “Революція Гідності”. Дело даже не в том, что свидетельства этого “достоинства” щедро разлиты по фактам общественной жизни с её курсом доллара за 20, но чисто эстетически – это же просто пропагандистское словосочетание, смешное и нелепое. Примерно как “Министерство Правды” или “Воин Света”; нечто настолько же сладкое, насколько и пустое. Держаться за него, как за святыню можно разве что от безнадёги, глупости, или в состоянии паники.


Я не сомневаюсь в том, что очень многие украинские граждане выходили на Майдан с искренними надеждами и открытыми сердцами. Но ни эти надежды, ни эти сердца не должны заплывать жиром патриотического безумия, которое запрещает подвергать критическому анализу те или иные события, их символы и последствия. Особенно сейчас, когда страна нуждается не в метафизике, но конкретных реформах и анти-кризисных мерах.

Нет разума в патриотическом культе, который подменяет работу на благо общества медовыми визгами, исключающими всякую иную точку зрения. Как и возможность действовать трезво. Вот и получается, что легче нафигачить вышиванку на панельный дом, чем заняться, его теплоизоляцией. Холодно, но зато патриотично.

ВЫШИВАНКА И КИМОНО

“Если вышиванку носят папуасы, то значит и шотландцы, японцы, немцы и все прочие народы, которые наряжаются в свои национальные костюмы – папуасы?”

Ключевое слово здесь “наряжаются”. В современных обществах для тех, кто хочет погулять в кимоно или килте существуют тематические фестивали и национальные праздники. В конце концов, современное общество – это набор сервисов. Хочешь мужеложества? Вот тебе гей-клуб. Хочешь нажраться в национальном костюме? Добро пожаловать на Октоберфест. Любой каприз за ваши деньги, что говорится. И это здорово. Однако кимоно не является повседневной одеждой современного японца. Ну не увидите вы в Берлине регулярной сплоши в шортиках и зелёных шапочках. Да, у любого народа имеется в чулане своё историческое барахло, но далеко не каждый народ выносит его на фасад своего настоящего.

В современном украинском обществе вышиванка играет роль униформы, которая служит маркером “правильного украинца”. Совершенно очевидно, что этот маркер возник на волне национал-патриотизма, который по самой своей сути является архаичной идеологией, и потому сопутствуется архаичными формами. Проще говоря, вышиванка – это правый олдскул. Село здесь возникает не столько как, собственно, село, сколько как романтический образ консервативного космоса, по которому тоскуют переехавшие в город националисты. Вышиванка – это, в общем-то, и есть национализм, который, в исторически мультикультурных украинских реалиях, является особенно вредоносной идеей, поскольку сеет ненависть и раскол среди далеко немоноэтничного населения. Любой этнически-однозначный символ превращается в средство объединения посредством обособления от всех “других”, “неправильных”, “плохих”. Потворствуя консервативной романтике национализма, Украина уже доигралась до гражданской войны, и потери территорий – именно украинские националисты создали обстоятельства, позволившие Кремлю воспользоваться обидой отверженных, “недостаточно украинских” регионов.

Не достаточно ли вышиванок, друзья? Сколько ещё заборов нужно перекрасить в желто-голубые цвета, чтобы ВВП страны позволил украинцам включить отопление в своих замерзающих квартирах? Сколько ещё десятилетий Украина будет представлять себя через архаичные этнические формы? Сколько ещё бюстиков Шевченко, позолоченных трезубцев и вышиванок нужно наклепать, чтобы переключиться, наконец-то, на что-то другое, более современное? Вы сами-то не устали от этого вечного борща и вареника?

Когда Украина достигнет того постмодернистского состояния, при котором эпохи и стили будут смешиваться на её улицах в ритме пёстрого Вавилона, тогда и вышиванка будет смотреться не хуже федоры или там белого парика, как у Моцарта, который в Америке, бывает, носят люди с айфонами на скейтах. Но такое время тотального микса всех и вся никогда не наступит, если украинец продолжит топтаться в консерватизме и его эстетике.

Я знаю, что украинское общество не ограничивается злобными патриотами, которые ценят символы больше, чем свободу и разнообразие. Уже сегодня в его недрах зреет совершено иное поколение людей – современных, свежих, жаждущих жить в интересной, а не однородной стране. Голоса этих людей, быть может, ещё не так громки, как визги ненавидящих и бесцветных, но это не значит, что нужно молчать, угождая чужой ограниченности.

29/10/15