Успех и самоубийство / Анатолий Ульянов

Друзья покупаются оптом. Тысячи фолловеров с каменными взглядами – всего за $5, навсегда. Покупка этих мёртвых душ творится сплошь и рядом. И уже вроде как не важно 20 у тебя друзей, или 20 тысяч – всякое их количество оказывается под вопросом. Как и в случае с Rolex, ты не знаешь, настоящие они или нет, но человек с золотым котлом на запястье всегда заметнее в толпе, чем скромный минималист. Всё у него, как с котом Шрёдингера – может за ним следит только мама и бабушка, а может там и правда 20K внимательных глаз. Казаться, быть пусть и мнимой, но вероятностью чего-то большего, – для того, кто чувствует себя лузером, – это вполне ого-го. И потому покупают друзей. Зеркало, меж тем, ухмыляется.

Метрика социальных сетей давно уже превратилась из прикладного показателя эффективности коммуникаций в социальный аксессуар. Как и в случае со штанами от престижного брэнда, её призвание – сообщать окружающим о том, что ты – это успех. Депрессия не ездит на Ferrari. Не ходит она и в Gucci. Так принято считать. И поэтому многие нищеброды обо всём таком мечтают. Им не кушать хочется, а означать: я – плюсик, а не лох-две-копейки. Бедность поэтому всегда во всём цветном, блестящем, громком и пахучем. Бедность – массовая, из неё хочется высверкать, как-то выделиться, обрести нечто, чего нет у большинства. Например, Ferrari. Ну или сто тысяч фрэндов.

Общаясь в социальных сетях, мы, как известно, коммуницируем друг с другом посредством идеализированных версий собственных жизней. Все страхи, и боли, и прыщик, и дырка в подмышке, – всё, что не помещается в образ счастья, – вытесняется. Подчас ты уже сам не можешь разобрать, где твой профайл, а где жизнь, и как это всё натянуть друг на друга, чтобы не лопалось по швам.

Общество, в основе которого лежит конкуренция образами счастья, – это общество иллюзионистов, доказывающих со сцены, что ничего, кроме медовых клизм в их жизнях не происходит. Отсюда – покупка знаков: модных шарфов и целых кладбищ мёртвых душ. Звучит – паршиво, но, если верить Фернандо Пессоа, искусство ничем не лучше: “Искусство – это способ отстраниться от жизни, избежать действия. […] Всё то, чего у нас нет, на что мы не можем решиться или что для нас недоступно, можно получить в мечтаниях. И именно на основе этих мечтаний рождается искусство. В свою очередь, выражаемые в действии эмоции иногда достигают такой силы, что действия оказывается недостаточно. И на основе этих эмоций, не нашедших выражения в жизни, также создаётся произведение искусства. Таким образом, существуют два типа художника: первый выражает то, чего у него не было; второй – то, что присутствовало в избытке и осталось неудовлетворённым.”

Культурные люди обречены манипулировать знаками, приукрашая ад своей жизни. Я, к примеру, склонен всё поэтизировать. Бывает, вступил в лужу рвоты, и гадко, но тут же на помощь приходят слова – мысль, будто шагаю я по озеру, где утопилось солнце, и оттого оно теперь такое тёплое, и оттого по цвету, как коралл. Чувство гадливости отступает. “Как здорово жить!”, – думаю я, вытирая о травку подошву.

Проблема не в том, что человек выдумывает себе лучшую жизнь, но в том, почему он это делает. Себя, в конце концов, не обманешь – сколько бы счастья ты себе не дорисовывал, его реальное количество всякий раз отражается в твоём зеркале. Ты точно знаешь, где-что приукрасил и, значит, твои выдумки адресованы не столько тебе, сколько обществу вокруг тебя.

Люди, покупающие себе фолловеров, делают это, чтобы произвести впечатление на окружающих, и зависят от их мнения настолько, что готовы инвестировать реальные деньги в символы успеха. Это указывает не только на то, что древняя обезьяна продолжает есть банан в наших недрах, но и на неуверенность в себе, на социальный перфекционизм – желание понравиться окружающим и боязнь разочаровать их. Вместо того, чтобы жить по-своему, такой человек пытается соответствовать внешним ожиданиям и, в тот же миг, постоянно ставит под вопрос собственное им соответствие. Это приводит не просто к неврозу. Как отмечает Рори О’Коннор, президент Международной Академии Изучения Суицида, одержимость нашими представлениями о чужих ожиданиях в отношении нас – одна из основ суицидального мотива. “Когда нам кажется, что мы не соответствуем ожиданиями, мы становимся более подверженными депрессии и в конечном счете отчаянию”.

Не удивительно, что Facebook делает нас несчастными. В его основе лежит “лайк” – то есть, похвала и одобрение. Отсюда – сокрытие невзгод и обмен половинчатыми жизнями. На фоне бесконечной чужой радости многие начинают чувствовать себя убожествами, чья жизнь – говно (не то, что у соседа, чья ложь всегда звучит более убедительней, чем наша собственная). Покупка друзей, как и покупка модной одежды, – симптом того, что человек чувствует себя неполноценным, испытывает острую потребность в одобрении и, в целом, вот-вот перережет себе вены.

“Нравиться многим — зло”, – писал Иоганн Кристоф Фридрих фон Шиллер. Если вы действительно желаете счастья, сделайте себе одолжение – прекратите заботиться о том, что о вас думают люди. Каждый из нас горит по-своему в своем аду, а если говорит, что не горит – пиздит. Жить нужно всласть, не стесняясь, при этом, бывать уязвимыми, слабыми, бедными и некрасивыми. Главное – нравиться себе, вне зависимости от того, что по этому поводу думают окружающие.

Понятие успеха для того и придумано, чтобы мы, подобно белкам в колесе, бежали на перегонки за морковкой перед глазами. Поскольку добежать до неё в колесе невозможно, нам ничего не остаётся, кроме как чувствовать себя ничтожествами, и затыкать отсутствие морковки потреблением прочих знаков и товаров. Каждая подобная транзакция сулит нам счастье, но оно, как назло, ускользает в последний момент, и мы спешим к следующей полке. “Если вы живёте в капиталистическом обществе, и не ненавидите себя – с вами что-то не так”, – шутит по этому поводу моя подруга, только что сбежавшая из Нью-Йорка в норвежскую глушь.

Счастье – это не Другой. Счастье – это ты, по-своему и для себя. А уж для себя, помогая другим, или для себя, помогая себе – не важно. Чем скорее мы прекратим убеждать друг друга в том, что мы не плачем, не боимся, не страдаем и не проигрываем – тем скорее мы перестанем выбрасываться в окна, ложиться под поезда и вешаться на кухнях, так и не дождавшись весны.

28/03/16