Мясной пар и кипящие страсти, пена духа и волнительное, барабанное рубилово – всё это было, как всегда, но не поэтому Первый Большой Слэм между Украиной и Россией можно полагать лакомой прелестью. Чудесным его делает иное: слэм сей обернулся зеркалом, отражающим действительность поэзии двух стран.

О создании «Украинского Литературного Портала / ПРОЗА» (proza.com.ua)

Так я и стал космополитом.

Когда речь заходит об использовании образа обнажённого ребёнка в искусстве, общество охватывает моральная паника. В адрес художников звучат обвинения в педофилии, призывы запретить и наказать.

Необходимо произвести порнографический дискурс в украинской литературе.

Политкорректность делает посредственными людей, их мысли и чувства. Сохраняя напряжение, она производит скуку. В ответ рынок давит на медиа. В результате засилия нейтральных мнений рейтинги на телевидении делает безумие. И вот уже Адольф Гитлер сидит в студии «Первого канала». Ведущий: «Здравствуйте! Это программа «Правда». Адольф распахивает рот, и призывает к расстрелам. Ведущий, конечно, изобразит шок. В студию даже позвонит старый комсомолец, мол, не гоже. Но всё это уже не будет иметь никакого значения. Заявление Гитлера покажется глотком свежего воздуха и сделает рейтинг. Рынок его подхватит, разместит на майках, автобусах и презервативах. Измученный политкорректностью мальчик Саша скажет: «Гитлер открыто говорит то, что все мы тайно говорим на кухнях». А девочка Света поддержит: «Надоели политики! Вот, наконец, живой человек!». Так мы окажемся в реальности, где фашизм интереснее здравого смысла. Адольф Гитлер станет поп-идолом, а его лозунги – не пугающей ахинеей, а остротами. Мальчики и девочки цитируют его, потому что он – прикольный. «Гитлер – это круто! Гитлер – это класс! Не было бы Гитлера, не было бы нас».

Уместно ли сегодня, – в мире, где можно практически всё, – говорить о реальном протесте?

Национальность – это изъян. Герой Украины – тот, кто сожжёт национальный символ; откажется быть украинцем и, наконец-то, назовёт себя человеком.